human_tales

Часть III. Сильные души

Mon, 08 Oct 2007 21:50:56 GMT

21)Проклятие доброты

Это счастье одному из ста,
и я готов поклясться головой шута,
теперь ты легче свинца, так ты лети-улетай…
Эдмунд Шклярский и гр. "Пикник"

Отношение людей к смерти удивительно своим разнообразием. Казалось бы, сколько уже говорено про то, что смерть неизбежна, и потому не стоит о ней вспоминать, но некоторые люди безумно ее боятся, некоторые – приветствуют ее приход, а некоторые намеренно приближают. Вероятнее всего, это связано с различием в представлениях о "загробной" жизни. То или иное восприятие посмертного существования в сочетании с рядом личных качеств (смелость, сила воли, интеллект), дает соответствующее поведение. Хотя, иной раз в сходных ситуациях один человек находит в себе силы жить, а другой – умереть. Это говорит о наличии в человеческой душе чего-то дополнительного индивидуального, кроме смеси различных реактивных качеств с памятью. Мы бы назвали это дополнительное соответствием судьбе, но ведь такой подход совершенно несерьезен…

Война приближалась, и каждый военачальник готовился к ней по-своему. Командиры из Сотников смерти (Мерод, Багаурд, Ратлард и Таериг) вооружили в своих отрядах по двести лучников. Джевр Лукавый набрал сотню метателей дротиков и увлек своим примером Демона обжорства Лаеррона. Стагеред, верный своим привычкам, не признававший никакого оружия кроме меча, устраивал огромные тренировочные бои, а Таерв-Грон предпочитал практические занятия на палачах. Почти все серьезные должности были распределены, только Лоремт теперь возмущался, что он наравне с Бронаром подавал прошение на выделение помощника, и вот: какой-то там Мастер плоти свое получил, а он, великий Лоремт, принужден ждать у моря погоды. Но пятого ноября со стен Черной Тени объявили о назначении Саорента в свиту Мастера обмана. Тогда же глашатаи прокричали имена Ратерда и Хтаери, назначенных в свиту самого Господина.
Наконец, все роли были розданы. И, перед началом представления, Господин вызвал некоторых актеров, для уточнения их образов. О чем беседовали с Ратердом и Хтаери осталось неизвестным. Отметили, что Десятый вышел из комнаты приказов шатаясь, скрывая лицо под балахоном, а Демон предательства выглядел после разговора, как с тяжелого похмелья. Вот почему Лукавый весьма обеспокоился, когда пришел черед Сатанинке. Но та лениво отмахнулась и вошла в комнату без малейшего страха. Лукавый нахмурился – неужели Сатанинка стала пренебрегать его мнением? Да нет… Показалось…
…И снова тяжелый голос плывет в каменной толще крепости. Слово великой силы, которое слышит только тот, кому оно предназначено. Голос повелителя пороков…
- Пора… Пора уже нам поговорить. Есть в тебе что-то, о чем ты даже не подозреваешь…
- Я готова, Господин.
- Дважды в твоей второй жизни тебе задавали вопрос. Первым был палач. Второй раз – жертва. В третий раз его задам я.
- Да, Господин.
- Скажи мне, Сатанинка, кто ты? Отвечай! - Черная Тень вздрогнула, едва Господин повысил голос, но Сатанинка не обратила на это внимания.
- Не знаю… Наверное, что-то очень злое, - грустно ответила она.
- Нет зла и нет добра, - улыбнулся Господин, - Но некоторые дела мы называем добрыми, хотя они всего лишь способ поддержания справедливости. Потому мои слуги и не творят добрых дел – это не принадлежит нам, помни об этом, Сатанинка. Стало быть, ты не знаешь…
- Нет... Это тревожит меня.
- Так пора тебе об этом узнать… Помнишь ли ты слова из Первой книги о Крылатых?
- Помню, Господин.
- В те времена Нижнего мира не существовало, а прочие миры были молоды. Уже тогда многие люди преступили заветы справедливости. И когда Крылатые родились во тьме Среднего мира, мы призвали их и обрушились всей мощью на Земной мир. И брали мы только погрязших во грехе, и Светлые не смели мешать нам. Из тех, первых, мы построили Нижний мир. И тогда мы решили упокоить Крылатых, ибо в буйстве своем они пожелали разрушить Земной мир до основания. В большой битве в Среднем мире, посреди равнины, которую ныне зовут Краем земного плача, мы одолели Крылатых и заковали их в цепи тысячелетнего сна. Отколотые в том бою части Ярости, Злобы и Ненависти возвратились в Земной мир, повинуясь зову рождения, и неким образом распределились между людьми. Во множественных войнах за справедливость погибли почти все носители, растратив свою силу на убийства. В течение многих лет мы искали эти осколки… Так мы нашли Тертала, Таерв-Грона и других. Осколки попадались и ранее, но мы не давали им застаиваться здесь, снова возвращали их в Земной мир и снова забирали. Тебя мы нашли через Лукавого. Мы обратили внимание на его активную душу, но не могли понять, что движет им, пока не наткнулись на тебя. Нам требовались доказательства, и мы не отправили слуг смерти за тобой в Земной мир тогда же, когда допросили Лукавого, но ты сама нашла дорогу к нашему престолу. В тебе живет часть Первоярости, ты сама – Ярость…
- Это так… сложно. Я не пойму все это быстро…
- Еще есть время. Дня два.
- Скажите, Господин, а в ком еще есть части Крылатых?
- Тертал носил в себе Ярость, Фейрташ, которого ты носишь за спиной – тоже. Стагеред владеет Ненавистью. Хтаери и Ратерд – Злобой. Но хватит на этот раз вопросов и ответов. Ступай. Тебе нужно отдохнуть и приготовиться к бою. Скоро туман душ начнет рассеиваться. Ты поведешь первый отряд…
…Во дворе крепости Сатанинка снова встретилась с Лукавым, но прошла мимо, словно не замечая его. Лукавый окликнул ее: "Ну что там?" - Сатанинка, не оборачиваясь, не замедляя шаг, произнесла: "Воля Господина – закон!" - и исчезла в дверях конюшни…
"Все-таки ты бываешь слишком жесток! Ну стоило ли так упрощать ее сознание?" - "Гм… Ты полагаешь, она будет плохо сражаться?" - "Напротив! Но беда в том, что теперь наш лукавый друг будет сражаться значительно хуже", - "А об этом я сейчас позабочусь…" - "Ну-ну… Флаг в руки… Эй! Я хотел сказать, да свершатся все твои планы, о повелитель!"
Через пять минут Сатанинка покинула Черную Тень вместе со своей свитой, даже не оглянувшись на Лукавого, которого как раз в этот момент вызвали к Господину.
Пятому долго пришлось стоять на коленях в молчании, глядя на единственную свечу. Потом в комнату приказов вошел Бериз и сел за стол перед Лукавым.
- Ну, что дружище, - ласково спросил шут, - как жизнь?
- Неплохо. Пожаловаться нельзя, - осторожно ответил Лукавый.
- Это верно. Так вот, сейчас с тобой будут говорить. Но не здесь. Господин хочет тебе что-то показать. Но скажи прежде, готов ли ты умереть, как был готов раньше?
- Да, - не колеблясь, ответил Лукавый.
И в следующий миг он оказался в Среднем мире в Краю земного плача. Пустынное место, возможно, самое унылое во всем Среднем мире. Сюда редко заглядывают слуги смерти: ходят слухи о том, что в том Краю слишком быстро теряются сила и память.
Внезапно Лукавый заметил, что туман редеет, расходится, словно разбегается от ветра!..
Серая каменистая равнина под холодным, печальным солнцем. Вдалеке видна граница тумана… Друг против друга Лукавый и его Господин. Тяжелые медленные слова капают расплавленной сталью с серого неба…
- Сила твоя велика, Демон. Воля твоя крепка, Демон. Верность твоя нравится мне, Демон. Оставишь любовь, оставишь ненависть, одолеешь себя самого. Ты скажешь последнее слово в Последний день. Ты ударишь последним ударом в Последний день. Ты увидишь последний огонь в Последний день. Сила порока, воля справедливости, вера в людей – твои, Демон. Что скажешь ты войдя в эту великую битву, что сделаешь ты войдя в эту славную битву, что убьет тебя в этой бессмысленной битве?
- Победа принадлежит нам. Рубить беспощадно врага. Время и справедливость.
- Победишь ли ты милосердие?
- Я знаю.
- Тогда смотри на бесконечность, что движет нашими мирами!
И Господин, подойдя вплотную, сбросил капюшон…
Вихри темноты окружили Лукавого. Он пытался что-то разглядеть, но множественные линии не желали складываться в единую картину… А потом начало светать.
Лукавый видел прекрасный сад с чудесными огромными цветами – иные стебли почти в половину человеческого роста с бутонами в голову ребенка! Красные, лиловые, желтые – самые разнообразные – никогда в жизни Лукавый даже подобного не видел: в Городе было так мало цветов. Одна только странность в том саду – совсем не было деревьев. Зато душистые травы доходили до колен, и солнце светило ласково, как уже многие столетия не знали люди Земного мира, живущие под шапкой дыма и гари. Лукавый глубоко вздохнул от удивления и радости и спросил затем: "Скажи, Господин, это Верхний мир?" - "Почти. Кое-что поважнее. Смотри сам", - прошептал теплый ветер ему в ответ.
Лукавый заметил какое-то стороннее сияние и обернулся к нему. Высокая фигура в белых одеждах приближалась к Демону. Свет, исходивший от незнакомца, был очень ярок, но не посягал на солнечный, словно сливаясь с ним. "Как он прекрасен", - сказал Лукавый: "Постой… Что это? Что за чертовщина, Господин?!" - "Смотри, Лукавый! Смотри внимательно! Ты видишь истину!" - ветер явственно усилился, чем ближе подходил Светоносный, тем грознее звучал ветер. И там, где проходил незнакомец, цветы обугливались и рассыпались в золу, а травы сгнивали за один миг. Безжизненное поле оставлял за собой этот Светлый.
Лукавый, было, попятился от ужаса, но ветер прорычал ему: "Не бойся! Он тебя не увидит и не поразит! Сейчас ему этого не нужно". И действительно незнакомец прошел мимо, даже не обернувшись. А вокруг Лукавого остались мертвые цветы и травы… Демон пал на колени: "О, Господин! Кто же он?! Ведь я знаю, что он разрушает! Я знаю, что за сад ты мне показал! Я знаю, что такое эти цветы!". И рев, грохот небесный ответил ему: "Победишь ли ты милосердие, Лукавый? Я не зря спросил тебя об этом!" И Пятый Демон повелителя пороков встал и закрыл глаза.
"Да будет так, Господин мой. Пусть смерть карает достойного ее. Но я хочу знать, кто имеет такую власть, ибо мне сражаться с его волей в Последний день", - "Смело смотри вокруг, Лукавый", - неожиданно тихо прозвучал ответ.
Лукавый снова стоял на каменистой равнине Среднего мира. Рядом повелитель пороков – словно ничего и не произошло. Только туман душ быстро приближается со всех сторон.
"Моей волей ты посетил Сад размышлений Творца. Помни о том, что там увидел. Помни, что Творец совершает с душами людей", - "Я запомнил… Но не понял зачем. Лишь немногие слабые травинки оставались в живых", - "То, что ты видел – есть переход в небытие. Только тот, кто создал, может разрушить. Разрушают то, что не содержит смысла. Немногие слабые, но чистые остаются в наши суровые времена в мирах после истечения срока жизни, либо жизни и наказания. Есть исключения из правила чистоты, но их мало и все они в моей власти. Теперь тебе пора. Туман уже рядом…" - "Постой, Господин, еще скажи мне только одно…" - "Говори. Быстрее", - "Почему ты показал мне? Или все командиры прошли это?" - "Потому что ты сам достиг того, что другие получают лишь чужой волей. Но и те, в ком есть чужая мощь, получают мою милость и боль. Получат познание справедливости страдания".
И повелитель пороков исчез. А затем туман приливом сомкнулся вокруг Лукавого, снова превратив его в матово-серую тень.
Не торопясь, Лукавый двинулся к Обители Мести. Надо было все хорошенько обдумать. В размышлениях, он не сразу понял, что туман опять начал редеть. Стало тяжело сохранять форму спирального смерча, и Лукавый ускорил движение, недоумевая о происходящем: неужели Господин возвращается? Однако никого вокруг не было. Туман окончательно рассеялся, когда Лукавый был в двух километрах от цитадели, и Демон пошел пешком, привыкая к новому ощущению. Существовать в человеческом облике в Среднем мире – это было необычно. И когда Демон подошел к Обители Мести, из большой левой двери (куда обычно доставляли грешников) выехал отряд всадников – не менее сорока человек – разбился на три малых отряда, и каждый направился своей дорогой. Центральный прошел мимо Лукавого. Во главе отряда ехала Сатанинка.
"Даже не взглянула на меня… Вот, что ты имел в виду, повелитель".
В цитадели была невиданная суматоха – служители бегали из стороны в сторону, проходили большие отряды бойцов. Кто-то прорывался, потрясая какими-то бумагами, в отдел пьянства, кто-то орал, придавленный толпой к стене. И в гуще этого круговорота метался низенький, коренастый Фароштир, руганью и пинками разводивший людские потоки. Лукавый пробился к нему, грубо расчистив путь несколькими ударами.
- Что случилось, Сотник?! - прокричал Демон в ухо Фароштиру, который уже сам себя почти не слышал.
- Изрядное дерьмо!! Тут приехали какие-то послы от Светлых! Но Нарлагн почему-то не разрешил отправить их в огонь и о чем-то с ними разговаривает!
- А бардак почему?! - спросил Лукавый.
- А черт его знает! Как они прошли в тронный зал – здесь словно бесы с цепи сорвались! А мне приказано их разводить, черт меня возьми!! Скажите Мастеру – может он меня сменит! Я уже здесь устал малость!
- Хорошо! - крикнул Лукавый и, ответив на благодарственный кивок Фароштира, стал пробираться дальше.
К Нарлагну Демона впустили без ожидания. Мастер был один в огромном зале смерти. Он стоял перед троном и смотрел на него с печальной улыбкой. Светлые волосы Мастера как будто потемнели, спина ссутулилась. Лукавый поклонился.
- Что с вами, Мастер? Что вас беспокоит?
Нарлагн обернулся:
- Уже ничего. Они ушли.
- Кто, Мастер? Фароштир говорит, тут были Светлые. Бедняга совсем заработался, его стоит сменить, - улыбнулся Лукавый.
- Да, верно. Я прикажу послать Хрогиса, сейчас его смена. Так что вы хотели, Пятый?
- Прошу простить за назойливость, но вы сказали, здесь кто-то был?
- Да… Посланник и его свита.
- Еще раз прошу прощения, но что им было нужно? Цитадель кипит от любопытства. И как они ушли?
- Просто исчезли. Исчезли в воздухе, - Нарлагн все больше терял связь с реальностью, уходя в какие-то глубокие мысли. Лукавый повысил голос:
- Да что с вами, Мастер?! Что случилось? Чего они хотели? И как это они ушли своей волей без разрешения Господина.
- Да ничего они не хотели! - внезапно закричал Мастер смерти, - Что, что… Как ушли… Не знаю. Это были не простые Светлые. И они ли вообще. Странные существа. Но после нашего разговора туман душ начал исчезать. Это не к добру Демон.
- Ну что ж, - улыбнулся Демон, - Так мы и не творим добрых дел. Что сказали эти странные гости?
Мастер словно проснулся. Он выпрямился, и глаза его сверкнули:
- Они принесли войну, Демон. Они получат ответ!

Читать полный текст:
Часть III. Сильные души (полный текст)

Часть II. Милые адские шалости

Mon, 08 Oct 2007 21:35:58 GMT

11)Неожиданность

Сегодня кому-то говорят: "До свидания",
завтра скажут: "Прощай навсегда".
Заалеет сердечная рана.
Виктор Цой и гр. "Кино"

В жизни бывают такие минуты, когда хочется, чтобы она никогда не кончалась. Потом, правда, представляешь себе, до чего это должно быть скучно и грустно, и хотение пропадает. Но совсем другое дело, когда желаешь этого другому человеку. Безумно жалко погибающих слишком рано: ну пожить бы им еще чуть-чуть, ну не вечно же, хотя бы лет десять... С другой стороны, это справедливо – все в нашем мире происходит так, как должно, и люди умирают в свой срок; не раньше и не позже. С другой стороны... То-то и оно, что с другой. Жаль, что горе можно отменить только вместе с человечеством…

Пасмурный вечер был четвертого октября 2001 года. Ветрено, промозгло. Люди торопятся попасть домой, в тепло. К полуночи на улицах уже почти никого. Редко-редко пробежит какой-нибудь опаздывающий на домашний ужин мелкий служащий, которого вечно недовольное начальство заставило пахать сверхурочно. Скучно. Очень скучно сегодня в мире.
А вот приближается некто интересный. Идет быстро, семенит и боится, ужасно боится темноты вокруг. Кстати, правильно делает: кто знает, что там может скрываться? Маленький такой человечек, служащий. Чем он интересен? Э, да почти ничем. Так, ерунда. Просто, он скоро умрет. И поэтому от самой автобусной остановки за ним следует странная малозаметная фигура, появившаяся как будто из стены соседнего дома. Похоже, наш первый встречный привлек внимание, без которого он мог бы отлично обойтись. Чем же все это обернется? Слепой сказал: "Посмотрим".
Тот, кто идет за нашим клерком, не собирается его убивать, просто запах смерти, распространяющийся вокруг человека, обреченного на скорую гибель, притягателен для всякого рода темных созданий. Они пополняют свои силы в этом могучем эмоциональном потоке. Так и замеченная нами непонятная фигура (назовем ее пока духом стены) следует данным курсом из, так сказать, практического любопытства, подобно акуле, плывущей за кораблем, команда которого поражена цингой. Может быть, удастся поживиться, а может быть, и нет. Но человечек очень напуган тем, что кто-то неясный нагоняет его. Ускоряет шаг, почти бежит, задыхается от страха, но вот уже спасительный подъезд – теперь главное: быстро набрать код и закрыть за собой дверь, чтобы тот не успел в нее войти! Пять секунд, и наш трусоватый незнакомец спешит к лифту. Нажимает кнопку нужного этажа и облегченно вздыхает: "Ф-фу... Ушел! Цел и невредим. Но куда же смотрит милиция?!" - это обычная реакция маленьких людей на неприятности – спрашивать, куда смотрят другие (милиция, коммунальные службы и, конечно, правительство). А темный дух, не желая тратить время на подбор кода, просто проходит сквозь дверь и начинает подниматься вслед за живым покойником, не утруждая себя вызовом лифта.
Ну а пока парочка движется вверх (до четырнадцатого этажа! Ох уж, эти высотные здания...), давайте-ка, познакомимся с ней поближе. Уставшего работягу зовут Виктором Ивановичем, у него есть жена Анюта и двое маленьких детей (Вите два года и Вере – четыре), он служит счетоводом в крупной компании и получает издевательски маленькую зарплату. Вырос в бедной семье, но получил неплохое образование, что совсем не помогло ему в жизни. Классический тип довольного собой неудачника – он думает, что жена его любит, что начальство ему доверяет, и что в своих детях он обретет опору в старости. На самом деле, жена ему изменяет (с издевательской педантичностью – не чаще раза в месяц), начальство терпит его только как безропотного осла, на которого можно нагрузить гору навоза, а дети после смерти отца пополнят ряды помойников, потому что матери будет на них наплевать. Впрочем, негодовать по этому поводу не стоит, ей это зачтется в свое время. За всю жизнь этот человечек совершил только один поступок; один – зато серьезный: убийство. Да, да, причем убийство родственника – престарелой тетки, владевшей квартирой, в которую он сейчас направляется. Он оставил старушку, когда ей парализовало ноги, умирать от голода и жажды без всякой помощи, сломав телефон (это выглядело так, будто старуха сама сбросила его на пол по нечаянности). Вот за этот поступок он и попадет в уже известное нам место через каких-нибудь пятнадцать минут... Просто пришел его срок. А вот тот, кто преследует Виктора Ивановича, - значительно более интересный тип... Но, кажется, мы уже приехали...
Звонок в дверь, и Анюта бежит открывать. Виктор Иванович снимает пальто, нарочито долго разувается и рассказывает зевающей жене, как он перенервничал сегодня вечером, как он недоволен милицией и как начальник обещал ему (шестой раз за последний месяц) повысить ставку. Затем наш друг идет на кухню и выпивает стакан крепкого, очень крепкого чаю с сахаром – так он делает перед ужином для разжигания аппетита уже несколько лет, затем отправляется в ванную, дабы принять душ. А тем временем, пока Анюта возится на кухне (дети давно спят – это очень дисциплинированные, послушные дети), дух стены воровато прокрадывается за Виктором Ивановичем. Тот с наслаждением встает под теплый душ и, постепенно делая воду горячее, - он любит немножко попариться и, в какой-то момент, смывая усталость, поворачивается спиной к кранам...
Горячий кран срывается с опоры, и струя кипятка ударяет Виктору Ивановичу в левую лопатку. От неожиданности он даже подскакивает немного и, ошпаренный, быстро-быстро выбирается из ванны. Почему сердце бьется так сильно? Почему взгляд вдруг затуманился? Почему ноги более не держат хозяина? Он спотыкается и падает на кафель. Следы крови на загнутом краю ванны – задел его при падении. Но это совсем неважно. Смерть настигла его сердце – а голова, это так, для гарантии. На стук падения отзывается жена. Она ответно стучит в дверь и, не слыша отклика, открывает ее. Пытается привести мертвеца в чувство, но, разумеется, тщетно, и бросается к телефону...
В Среднем мире появляются три существа – душа покойного (убогое пепельное облачко с темно-серой сердцевиной), дух стены – мощное матово-белое облако, и Она. Предварительно посетившая ванную комнату, чтобы убедиться в чистоте выполненной работы. Там дух Ее и разглядел…-
Да, именно она... Дочь самой Смерти. Это прекрасное смуглое лицо, эти волосы ночной глубины, эта стройность молодой березы, эти глаза цвета минутного настроения, эта одежда, подаренная вороном...
Сатанинка.
Сила бесконечной ярости, жестокость подавляемой доброты...
Человек должен молиться ей, если надеется на легкую смерть, Демон должен склоняться перед ней в почтительном поклоне, если не боится попасть в огонь, Светлый должен уступать ей дорогу, если не желает отправиться в небытие. Ее власть – бешенство в бою. Ужас, выпущенный во внешние миры повелителем пороков. Ужас...
Только в Среднем мире ее душа обретает свой истинный облик – огромная лилово-черная грозовая туча. Вид ее страшен. Но противник не желает отступать – он тоже выглядит могучим бойцом, и изумленная дьяволица сначала пытается узнать его имя: "Кто ты, и почему переходишь мне дорогу?" Тяжелый, расплывчатый голос ответил ей:
- Даггрейн, дух серых камней, к твоим услугам. Я узнал тебя, госпожа, и меньше всего на свете хотел бы мешать тебе, но мне нужна эта душа. Очень нужна.
- Зачем? Ты не выглядишь слабым...
- Пока нет. Но последний месяц мне не везет.
- Ты же дух Земного мира! Тебе вообще запрещено пользоваться смертью! Как это стерпят Светлые?
- Я ведь никого не убивал, а этому просто пришел срок. Кто потом воспользуется его душой – никого не волнует.
- Ты ставишь меня в тяжелое положение. Я должна уничтожить тебя, но это будет означать вмешательство в дела Земного мира без достаточных на то оснований, - словно подсказывая ответ, произнесла Сатанинка.
- Я дам тебе эти основания, - весело ответил Даггрейн и взмыл вверх, осыпая ее градом молний.
Но та даже не двинулась с места, – молнии не причиняли ей ни малейшего вреда, – и сама дала мощный залп. Однако ее удары не рассекли духа и даже не рассеяли его вещество, – они просто прошли насквозь, оставив широкие разрывы, которые очень быстро затянулись. Противники остановились в недоумении. Что делать дальше? Как одолеть врага? Даггрейн первым пришел в себя… Дух сильно растянулся (почти не разреживаясь при этом!), обволок Сатанинку со всех сторон, как бы поместив ее в короб, и начал медленно сжиматься. Сатанинка быстро поняла опасность положения – Даггрейн стремился смешать их тела, а дальше кто мог знать чье сознание окажется сильнее? Кто из них захватит противника? Дух шел на риск, стоило рискнуть и Сатанинке. Она предельно сконцентрировала свое вещество и приняла форму длинного тонкого бурава, а затем ринулась к ближайшей боковой поверхности врага. Тот, отвлеченный необходимостью следить за равномерностью сужения, понял свою ошибку слишком поздно и не успел отступить: на мгновение два бойца смешались...
Сатанинка чувствовала, что этот враг много сильнее всех, с кем ей доводилось сражаться, что он пытается проникнуть в нее, и что ему это почти удается!..
Но плотность ее тела была слишком велика, а время соприкосновения слишком мало, и черный бурав вырвался из серой тучи, оставив в нем зияющую дыру. Даггрейн снова собрался, но уже не рисковал продолжать бой. Враги застыли, внимательно наблюдая друг за другом, а душа грешника медленно перемещалась между ними.
Сатанинка понимала, что, если она попытается захватить душу сейчас, то Даггрейн немедленно нанесет удар, от которого не удастся защититься, потому что концентрация будет в тот момент низкой. О том же думал и дух, но решил попытаться: он внезапно рванулся вверх и вперед – Сатанинка за ним, осыпая его молниями, – а потом ушел вниз, почти вертикально спикировав на грешника и на секунду выйдя из зоны поражения. Переместившись в правильную позицию, Сатанинка обнаружила, что Даггрейн уже захватил добычу, и злорадно подумала: "Теперь-то ты не сможешь так легко уходить от моих ударов. Завершим это". Но, приготовившись разнести врага в клочья, она почувствовала, что тот пытается перейти в Земной мир! А ведь само ее присутствие ставило весьма мощную блокировку перехода.
Взбешенная Сатанинка попробовала увеличить блок, но безумная сила отбросила ее и чуть было не рассеяла в туман: казалось, сама Земля призывает сына, используя всю мощь своего мира.
Даггрейн ушел от гибели – в Земном мире преследовать духа не имеет смысла – там нельзя причинить вреда призраку.
"Дья-во-о-ол!!" - жуткий крик пронесся по Среднему миру, рассекая туман, рассеивая слабые души и закручивая в вихре слуг смерти...
Немного успокоившись, Сатанинка направилась домой, в Обитель Мести...
- Эта скотина увела у меня из-под носа отличную душу! Да как нагло! Какой позор, Андрюш, какой стыд... Какой стыд!.. - повторяла Сатанинка чуть не плача.
- Да кто именно? Он назвался? Как выглядел? - спрашивал ее Демон лести. Он говорил немного резковато, потому что Сатанинка прервала его и без того краткий отдых, но, конечно же, участливо.
- Даггрейн! Он назвал себя духом серых камней. Точно то, что он действительно земной дух – иначе он не смог бы уйти от меня!
- А-а, знаю, знаю... Не стоило с ним ссориться... - настроение Лукавого изменилось – теперь Джевр был добродушен (насколько вообще Демон способен быть таким).
- Что?! Какая-то белесая тварь претендует на законную добычу смерти, а мы должны этому потакать? Ты что говоришь?! - возмущенно кричала Сатанинка.
- Тише, тише... У меня голова раскалывается... Мало мне шума у палачей, так еще ты добавляешь... Не надо, милая, успокойся. Все нормально. Ты должна была доставить душу Ратерду? Плюнь на него. Скажешь, что ее у тебя перехватил один из земных духов... Не расстраивайся, что не удалось победить врага – очень немногие из наших рискнули бы схватиться с духом вне Нижнего мира. В Земле заключена невероятная сила – превышающая даже мощь Господина, и духи этим пользуются, – они получают помощь непосредственно от хозяйки, тогда как мы вынуждены работать с тем, что нам даровал наш повелитель. В честном бою ты бы одолела Даггрейна... Ну? Все хорошо?.. - Лукавый улыбался.
- Хорошо, хорошо, змей... Но кто же он такой на самом деле? Откуда они вообще берутся, эти духи?
- Даггрейн был когда-то Демоном убийства, а остальные...
- Как?! До Ратерда? То есть, ему позволили уйти отсюда невредимым? - перебила потрясенная Сатанинка.
- Во-первых, до Ратерда, если я точно помню историю Десятых, была Маргинта. Между прочим, очень редкий случай: женщина, ставшая Демоном. Она прославилась невероятной жестокостью, затмившей некогда даже дела Таерв-Грона, и погибла от рук палачей своей зоны, возмущенных ее правлением. Известно, что она отличалась редкой красотой, и говорят даже, будто бы к ней был неравнодушен сам Мастер Тертал. А вот до Маргинты как раз правил Даггрейн. Он помнит еще времена столетней давности. А во-вторых, ушел он отсюда далеко не невредимым: чтобы сохранить сознание ему пришлось убить прежнего духа серых камней и занять место погибшего. Он получил несколько тяжелых ран, но выжил. Так он спасся от преследования... - Джевр сам увлекся рассказом – он обожал всякие занимательные истории (благодаря своему давным-давно погибшему в прошлой, земной жизни другу Мейеру, о котором мы уже однажды упоминали).
- А Земля? А Светлые? Они на это не обратили внимания?
- Земля требует лишь сохранения баланса, – ушел один, что ж: его заменил другой. А Светлые занимаются только слугами Господина и людьми. Пока Даггрейн был Демоном, – он их интересовал, а после лишь постольку, поскольку он изредка присваивает себе грешные души... Так что этот из наших. А остальные духи – да кто откуда! Говорят, даже из Верхнего мира есть. Не верю я в это, правда...
- Да-а, должно быть он сильнейший боец, если сумел уничтожить земного духа... Он сделал это там?..
- Нет, что ты, Сатанинка. Если это не удалось тебе, так Даггрейн бы и подавно не справился. Он каким-то образом сумел заманить духа в Обитель Мести...
- Хитер! - восхищенно воскликнула Сатанинка.
- Да уж. Так что не ссорься с ним, он может быть полезен. Духи умеют многое, что нам недоступно – они призрачны, тогда как наши тела в Земном мире вещественны даже в невидимом состоянии. Нам, чтобы пройти сквозь стену, приходится делать прыжок через Средний мир, а духи могут пройти так. Мы можем летать, только приняв соответствующую форму, а они безо всяких усилий – просто напряжением мысли. Правда они за все это платят расщепленностью сознания – каждый из них представляет собой часть целого – часть Земли... Теперь понятно? Хватит на сегодня умных разговоров, а то у тебя уныние начнется... Уже скучаешь...
- Как все это странно. И неожиданно... - задумалась Сатанинка
- Ну вот! Так и знал! Немедленно прекрати! Лучше отправляйся с докладом к Ратерду – повесели его. Он так нежно тебя любит... - улыбнулся Лукавый.
- А ну-ка, милый, я тоже сострю!
- Эй! Радость моя, не отбей мне последние мозги – сегодня отчет Лоремту представлять!
- Ничего, подождет, козел старый, пока я тебя повоспитываю! Ненаглядный ты мой!
- Вот черт! Попал Лукавый... Эй, полегче!.. Да стулья-то, зачем ломать?! Ой-ой-ой...
...На окраине Города много пустынных улиц. Там всегда полно грязи, а осенью добавляются еще и сырые опавшие листья. Ветер лениво переворачивает их и о чем-то шепчется с ними. Кажется, что везде он повторяет одну и ту же бессмысленную жалобу на свою судьбу. Кажется... Но мы попробуем подслушать один из таких разговоров...
Медленные мягкие голоса...
- Даггрейн...
- Я здесь.
- Ты ошибся сегодня... Не обижай ее больше.
- Но она средоточие ярости. Ее нужно убить!
- Ты не сделаешь этого... Не сможешь.
- С твоей силой я смогу все. Это же часть злобы! Добро, мир не могут выражаться яростью...
- Нет зла, и нет добра, а есть лишь справедливость. Человек сам выбирает свою судьбу, а смерть только часть ее.
- Я знаю это! Но мне жаль людей...
- Ей тоже жаль их. И потому ты постараешься привлечь ее. В Нижнем мире больше нет таких.
- Я понял. Даже один друг там может помочь людям в Последний день.
- Чтобы для них снова наступил Первый, как это уже было тысячу лет назад, и еще тысячу, и еще... А теперь отправляйся. Времени мало, люди слабеют, а Светлые уже не хотят спасать их от гибели. Я чувствую близость конца, - сделай все, чтобы мои предчувствия не оправдались.
- Я уже в пути.
Переворачиваются мокрые листья, и колышутся ветви замерзших деревьев. Ветер играет с Землей и греется так...

Читать полный текст:
Часть II. Милые адские шалости (полный текст)

Часть I. Жизнь после смерти

Mon, 08 Oct 2007 21:23:04 GMT

1)Фея

Геенна огненная ждет гостей!
Армен Григорян и гр. "Крематорий"

Интересно, что такое несправедливость? И есть ли она вообще на свете? Мир так замечательно устроен, так приятно и весело жить в нем! Казалось бы, чудовищно даже представлять себе столь угрожающую трещину в его фундаменте. Но слишком уж много несчастных людей на свете. Скажете, они сами виноваты? Пожалуй... А все-таки жалко их. Жаль загубленных горем, неудачами, слабоволием. Ведь неудачники тоже бывают добрыми...

Жизнь Семена Семеновича была на редкость паршива. Во-первых, она проходила в маленькой и пыльной квартирке в пятиэтажке на окраине огромного Города. Во-вторых, в этой квартире ничто не могло работать нормально: отопление (вместе с горячей водой) отключили еще в 1992 году (через сутки после наступления отопительного сезона) да так и не включали больше; свет горел только днем – каждый вечер пробки исправно перегорали; газ шел, но как-то очень слабо, и зажигался лишь со второй спички; радио включалось только по собственному желанию (как правило, посреди ночи), а телевизор не включался вовсе, вследствие чего, единственной информационной радостью, доступной Семену Семеновичу, оставались газеты, поэтому Семен Семенович очень любил газеты – он заворачивал в них воблу; что же касается канализации, то... Не будем о грустном, достаточно сказать, что каждый вечер соседи снизу и сверху били Семену Семеновичу морду за регулярные заливания и омерзительное зловоние соответственно. В-третьих, Семен Семенович работал в некоей комиссии по контролю качества, последний сотрудник которой, помнивший, качество чего именно следует этой комиссии контролировать, скончался лет за десять до описываемых событий. Платили в этой конторе, разумеется, гроши. Наконец, в-четвертых, сам Семен Семенович был пренеприятной личностью: обманывал друзей, врал жене, издевался над подчиненными, лебезил перед начальством и жрал водку литрами, на что уходила большая часть зарплаты.
В конце концов, вследствие вышеуказанных причин, случилось страшное: от Семена Семеновича ушла жена (редкая, между прочим, стерва). Собственно, на жену Семену Семеновичу было наплевать, – с ее уходом он легко согласился, но вместе с ней ушли и суп-харчо, и борщ, и сибирские пельмени, а с этим Семен Семенович смириться никак не мог. А потому он впал в грустное состояние и запил. Запил он настолько капитально, что, когда его уведомили об увольнении за пьянство с работы, он и ухом не повел, а, напротив, бодро продолжал употребление политуры, самопальной водки и других лакокрасочных изделий. К середине второй недели запоя Семен Семенович дошел до разговоров с самим собой: "И чего ж это я такой несчастный, все у меня какие-то беды да неприятности..." - жаловался он сам себе. "Ничего, зато после смерти в рай попадешь за такие твои мучения!" - успокаивал он сам себя. "Да-а, а пока не помру, эту лямку тянуть?" - возражал Семен Семенович Семену Семеновичу. А на тринадцатый день запоя (точнее, ночь – было уже далеко за полночь) пришла к нему в голову ну совершенно идиотская мысль: "Хоть бы какая-нибудь фея встретилась, как в сказках бывает, помогла бы мне". И так эта мысль Семену Семеновичу понравилась, что он стукнул кулаком по столу и громко заявил: "Хочу фею!" В тот же миг что-то сверкнуло перед его глазами, и обалдевший Семен Семенович узрел совершенно очаровательную девушку, сидящую напротив.
Смуглая, длинные волосы волной – вороново крыло (только голубые глаза странно выделялись на этом фоне, заливая все вокруг мягким мерцающим светом), и стройна, как молодая березка – Семен Семенович смог оценить ее фигуру, так как она сразу же встала и взяла из посудного шкафчика стакан. Одета она была просто: черный свободный свитер и джинсы того же цвета. Семен Семенович был, разумеется, потрясен и неожиданностью появления и изумительной красотой девушки: "Что ж это за чудо такое?" - только и смог пробормотать он. Тем временем "чудо" подошло к столу, налило во взятый только что стакан водки и одним махом выпило его. Затем девушка обернулась к Семену Семеновичу и, глядя на него в упор, спросила: "Ну, чего надо?" - голос ее был приглушенным, с некоторой настораживающей хрипотцой. "А вы, собственно, кто будете?" - прошептал Семен Семенович. "Фея. Чего надо, спрашиваю?" - сказала девушка. И тут до Семена Семеновича дошло, что он разговаривает с настоящей феей! "И, если я чего-то попрошу, это исполнится?" - робко спросил он (девушка казалась ему все прекраснее с каждой секундой). "Да. Если что-то дашь взамен", - хмуро ответила фея и, пресекая новый вопрос, добавила: "Что хочешь. И побыстрее, некогда мне с тобой тут трепаться". Семен Семенович вдруг встал и прерывающимся голосом произнес: "Будьте... моей женой!" Он воистину преобразился: из мелкого тщедушного мужичонки в почти что былинного героя – глаза горят, грудь – колесом! Ибо решил Семен Семенович, что пришла награда за его несчастья, и что он уже в раю. "А что взамен?" - гораздо мягче проговорила фея, отводя глаза в сторону как бы в смущении. "Я предлагаю вам свою руку и сердце!" - прогремел Семен Семенович и сам удивился, откуда он знает такие красивые слова. Но в этот момент глаза феи зажглись алым пламенем, и она так глянула на бедного алкоголика, что тот похолодел от ужаса и съежился в прежнего плюгавого человечишку. "Что еще за светофор?" - подумал ошарашенный Семен Семенович. Внезапно фея сочно облизнулась. Тихо проговорила: "Это я возьму", и двинулась на Семена Семеновича.
Невероятный вопль ужаса и боли вспорол ночную тишину…
…В это же время в Среднем мире, – стране призрачных скал, на обширной каменистой равнине, слабо освещенной непонятно откуда исходящим тусклым светом, обрисовались две тени: огромная матово-черная, подобная грозовой туче, и небольшая серая, похожая на амбарную крысу. Туча надвинулась на дрожавшую от страха крысу и поглотила ее. Затем черная тень приняла очертания гигантской птицы и помчалась по направлению к Обители Мести, цитадели, служащей преддверием Нижнего мира, называемого людьми адом…
…Приехавшие через полчаса милиционеры обнаружили Семена Семеновича на кухне, лежащим лицом вниз в луже крови. Покойника перевернули. Труп был страшно изуродован: правая рука вырвана с корнем; грудная клетка слева разодрана как будто ударом огромной когтистой лапы, сломавшим ребра, как тростиночки; сердце было вынуто. И руку, и сердце неведомый изувер унес с собой (непонятно, как он ушел – дверь и окна были крепко заперты). Следователи пораскинули мозгами, перебрали кучу версий, но ни одной подходящей не придумали. Решили, было, свалить все на сбежавшего из зоопарка тигра, но вызванный на протокольный допрос сосед Семена Семеновича (биолог по образованию) на безразличный вопрос следователя: "А как там у вас по области с тиграми?" - ответил, что тигров в этих широтах отродясь не бывало по причине холодной зимы, а последний тигр из городского зоопарка издох еще год назад от удивления (тот несчастный тигр удивился отсутствию ежедневной порции мяса. Проудивлявшись этому эдак с месяц, он отправился к своим тигриным праотцам). Короче говоря, разобраться в этом непонятном деле никому не удалось, а Семена Семеновича списали по графе "хронический алкоголизм"…
…Семен Семенович изрядно кипятился. Приемщики шестого отдела адской канцелярии посчитали, что новому грешнику будет полезно немножко согреться с дорожки, и посадили Семена Семеновича в большой котел со смолой (на медленном огне). Сами они, продолжая работать, громко спорили о том, кто впоследствии займется Семеном Семеновичем – кто-то из палачей, или сам начальник отдела – Демон пьянства. Правда, для бедного любителя фей это уже не имело большого значения: в любом случае ему предстояло за свою глупость, за подхалимство, за пьянство и склочность гореть в аду огнем внешним и огнем внутренним положенный срок до ухода в небытие.
Жилище начальника пятого отдела, Демона лести, обставлено по земному образцу – никаких там каменных кресел, и очень скромно: письменный стол, три стула и два шкафа с книгами (Демон слывет интеллигентом). Это, наверное, наименее мрачная комната в Обители Мести – из окон открывается замечательный вид на серые равнины Среднего мира с медленно передвигающимися по ним неприкаянными тенями, для которых нет пути ни вниз, ни вверх. Здесь, однако, в Обители Мести, действуют законы Нижнего мира, и все окружающее кажется столь же материальным, как на Земле. За столом сидят Сатанинка (она же – "фея"; кстати, тот облик, в котором она явилась Семену Семеновичу, был настоящим, хотя она умела принимать и другие, в чем Семен Семенович убедился в последний миг своего существования) и сам Демон лести – любезный друг Сатанинки еще по земной жизни.
- Ты знаешь, никак не могу решить, права ли я была. Конечно, этот человек – подлец, но такой несчастный… Шестой Демон приказал мне взять его, но разве справедливо было отправить эту тряпку к палачам?
Демон лести также был в своем земном обличье – худой высокий молодой человек со светлыми, почти белыми волосами и с тем особенным красным загаром на лице, какой бывает только у очень бледных людей. Голубые глаза Демона, живые и приятные, ослабляют ощущение холода, исходящее от него. Одет он в немного не доходящий до колен балахон, перехваченный в талии красивым железным поясом в виде кусающей кончик своего хвоста змеи. Капюшон балахона аккуратно упрятан за воротник, шаровары, заправлены в сафьяновые сапоги, на руках перчатки из тонкой овечьей шерсти – все, как положено Демону, черного цвета. Сатанинка смотрится рядом с ним весьма контрастно в старых потертых джинсах и свитере, и давно не чищенных стоптанных кирзачах.
- Дурой ты, Сатанинка, родилась, дурой и умерла, – ты наверху-то всего восемнадцать лет прожила, у нас чуть больше года, а берешься такие сложные вопросы решать… Ну-ну, не бесись, я это к тому говорю, что их все равно без тебя и даже без меня решают… - голос у Демона спокойный, немного вкрадчивый.
- Тоже, мудрец нашелся – на год старше! Не выпендривайся, господин начальник, черт бы тебя побрал! Отвечай, когда спрашивают…
- Не бесись, Сатанинка, ты же знаешь – шучу. А насчет этого Семеновича мы скажем так: никакие несчастья не дают человеку права становиться сволочью, а после этого еще и требовать, чтобы ему феи помогали – больше им делать нечего, кроме как с алкашами возиться. Исправить его, наверное, можно было, да разве это наше с тобой дело, Сатанинка? Наше дело – карать мерзавцев и поддерживать через это огонь Нижнего мира. Разве ты не согласна со мной, Сатанинка?
- Нет, господин начальник, - грустно ответила та на этот раз чистым и печальным голосом: словно золотые колокольчики тихо зазвенели. Она была похожа в этот момент на маленькую несчастную девочку, разбившую мамин любимый кофейник и поставленную за это в угол. Но уже через минуту оживилась – не умела Сатанинка долго грустить:
- А впрочем, черт с ним и со всеми! Пора обедать, Демон! Ты со мной? - воскликнула она.
- Разумеется. Наверх или в шестой отдел? Там сегодня торжественный обед по случаю семидесятилетия по нижнему счету его начальника.
- К дьяволу всех алкоголиков! Полетели наверх, очень уж у нас тут душно.
- Еще бы, – отозвался Демон лести, открывая окно, – ад все-таки; а Шестой Демон тебя в кипяток не посадит за отсутствие, ты ведь сейчас у него работаешь?
- Это мы еще посмотрим, кто кого туда посадит – у меня Пятый в приятелях ходит…
Они уже летели.

Читать полный текст:
Часть I. Жизнь после смерти (полный текст)